Михаил Хазин

Существует масса «легенд о динозаврах», о том, как работает Президент с правительством, о том, что он знает, что может и так далее. В силу того что я не просто работал в соответствующей системе, но даже в некотором смысле её создавал и видел, как её разрушают, к этим легендам отношусь с большой иронией. Но в нынешней ситуации, после пресловутого заседания президиума Экономического совета, посвящённого источникам роста российской экономики в перспективе до 2025 года (оно состоялось 25 мая под руководством Владимира Путина), мне кажется, стоит немножко поделиться информацией. Не помешает. В самом упрощённом виде, разумеется.

Рассказать хочу об одной истории лета 1996 года. Тогда в очередной раз обострилась проблема поддержки сельского хозяйства, а Агропромбанк в силу политики государства предыдущих лет находился в предбанкротном состоянии. На тот момент АПБ по структуре собственности был самым диверсифицированным банком в стране: если мне память не изменяет, у государства, крупнейшего акционера, было около 4% акций этого банка. И перед президентскими выборами появился Указ Президента о национализации этого банка. За счёт государственных денежных средств должны были быть погашены (возникшие, кстати, по вине Минфина РФ) долги банка, и на его основе должна была быть создана система государственного стимулирования аграрно-промышленного комплекса.

команда единомышленников

Яков Уринсон (слева), вице-премьер Анатолий Чубайс и глава российского правительства Виктор Черномырдин: команда единомышленников, понимаешь!


Но после президентских выборов в июне 1996 года «семибанкирщина» захотела получить дивиденды и Александр Смоленский, владелец небольшого банка СБС, решил прибрать Агропромбанк к рукам, благо банк на тот момент имел вторую по масштабу в стране региональную сеть (после Сбербанка). Он начал соответствующую работу, используя одного из своих лоббистов – Якова Уринсона, занимавшего на тот момент специфическую должность: первый заместитель министра экономики в ранге министра.

Менатеп

Яркие представители «семибанкирщины» в головном офисе банка «Менатеп» (слева направо): председатель Совета директоров СБС-банка («Столичный Банк Сбережений») Александр Смоленский, председатель Совета директоров банка «Менатеп» Михаил Ходорковский и глава холдинга «Мост-Медиа» Владимир Гусинский (фото: Дмитрий Духанини, «Коммерсантъ»).

Поскольку исполнять Указ должно было Министерство экономики, Уринсон созвал совещание, на котором заявил, что указ противоречив, поскольку национализация и развитие банка друг другу противоречат, и нужно выбирать, что важнее: национализация или развитие АПК. Он считал, что нужно развивать АПК, а потому Указ в этой части исполнять нельзя, а колоссальный по размеру АПБ нужно отдать «эффективному собственнику», в качестве которого неявно подразумевался Смоленский.

Я, вернувшись с совещания, позвонил Смоленскому и спросил его что-то вроде того: «Палыч, ты что, охренел? Твой карликовый банк ведь рухнет под тяжестью АПБ!». Ответ был довольно беспечный: «Миша, мне погасят все долги и дадут аграрный бюджет страны, не боись!». – «Ну, мне-то что бояться, – сказал я, – но помяни моё слово: аграрный бюджет тебе не отдадут!». Отмечу для справедливости, что через год-полтора, работая в Администрации Президента, я вместе с Леонидом Холодом (на тот момент – заместителем министра сельского хозяйства по экономике и финансам) заблокировал отдачу аграрного бюджета Смоленскому, банк которого в 1998 году благополучно рухнул.

Это Уринсон в 1996 году действовал почти открыто, а очень часто такие истории находятся в глубокой тени

В общем, я выступил против, потребовал от Уринсона официальное поручение, намекнув на коррупционную составляющую в его действиях (дескать, иначе я могу и «долю» потребовать), напрочь с ним разругался, лишился должности заместителя министра, на которую уже был представлен после ухода с должности замглавы Минфина Сергея Игнатьева в июле 1996 года (напомню, что, помимо прочего, Сергей Михайлович позднее, в 2002-2013 годах возглавлял Центробанк РФ). Смоленский получил АПБ, которому государство тем не менее погасило все долги. Ну, а сколько получил Уринсон, история умалчивает, точнее, кому надо, тот знает.

Олег Вьюгин

Олег Вьюгин.

Отметим, что такое решение требовало подготовки документов, а поскольку я отказался это делать, их подготовил Олег Вьюгин, прямо нарушив и закон, и Указ Президента, и различные постановления правительства. Но зато он стал после этого из простого первым заместителем министра финансов РФ.

Придя в Администрацию Президента РФ в 1997 году, я, в силу неэффективности работы по поддержке АПК, направил в Контрольное управление письмо с просьбой сообщить мне, был ли выполнен соответствующий Указ Президента от 1996 года. И получил от заместителя начальника этого управления несколько писем, но официального ответа, так, как это положено, он так и не дал. Я даже Путину пожаловался, который был тогда начальником Контрольного управления, но он в ответ сказал фразу, дословно которую я уже не вспомню. Но смысл её был таков: не нужно лезть в игры, которые не можешь выиграть. Поскольку это было логично, я сместил акценты. Кстати, в оправдание Путина скажу, что в тот момент, когда Указ нарушался (то есть осенью 1996 года), Контрольное управление возглавлял ещё Алексей Кудрин, который, собственно, и закрыл глаза на всю эту историю.

(А.Л. Кудрин возглавлял Главное контрольное управление Администрации Президента РФ с августа 1996 по 26 марта 1997 года, его преемником на этой должности стал В.В. Путин, возглавлявший Контрольное управление до назначения 25 мая 1998 года на должность первого заместителя руководителя Администрации Президента РФ – Ред.)

Это решение требовало подготовки документов, а поскольку я отказался это делать, их подготовил Олег Вьюгин, прямо нарушив и закон, и Указ Президента, и различные постановления Правительства. Но зато он стал после этого из простого первым заместителем министра финансов РФ

Так вот, в те времена уровень сотрудников Администрации был намного выше, чем сейчас, да и ответственность за работу была посуровее, чем нынче, некоторые советские традиции ещё действовали. Но даже для Путина демонстративный отказ конкретного чиновника от исполнения не какого-то рядового поручения, а серьёзного указа стал откровением.

Большей части людей невдомёк, по какой сложной аппаратной траектории идёт любой документ и как много существует возможностей, чтобы этот документ в части исполнения трактовать так или иначе, а то и откровенно саботировать. Это Уринсон в 1996 году действовал почти открыто, а очень часто такие истории находятся в глубокой тени.

Когда я весной 1997 года пришёл в Администрацию Президента РФ, мне первым заместителем руководителя А.И. Казаковым было сказано, что я должен создать систему информирования Президента о деятельности правительства. И я, создавая Экономическое управление, набирал очень квалифицированных сотрудников, которые должны были хорошо разбираться, что же Правительство РФ делает по существу. Но если таких людей нет (а сейчас их практически нет), то разобраться в хитросплетениях бюрократических бумаг почти невозможно. Да и после «преддефолтного» разгрома Экономического управления летом 1998 года был достигнут договор между руководствами Администрации и Правительства о том, что отныне все поручения Президента будут выполняться в срок, то есть будет представлен формальный отчёт. Но зато его никто не будет читать, что с тех пор благополучно и реализуется на практике.

Изменить ситуацию можно, но это потребует кадровой революции. Сотни и тысячи крупных чиновников, привыкших ни за что не отвечать, меняться не будут, зато будут жёстко противодействовать попыткам реформы. Для примера можно посмотреть на моём персональном сайте (http://khazin.ru/khs/hs_87506) образец работы Экономического управления, который не был направлен Президенту Борису Ельцину, поскольку правительство Виктора Черномырдина 23 марта 1998 года было отправлено в отставку (анализу был подвергнут отчёт Правительства РФ о ходе реализации документа «Двенадцать дел Правительства России на 1998 год в области экономической и социальной политики», отчёт от 21.03.1998 г. № 1442п-П5; из текста анализа правительственного отчёта следовало, что НИ ОДНУ из поставленных перед собой в I квартале 1998 года задач Правительство РФ не выполнило – Ред.). Но сегодня такие отчеты в Администрации Президента не готовят.

В общем, на примере этой истории я хотел рассказать, что реформированию современный институт российского правительства не подлежит. Его необходимо коренным образом менять, одновременно создавая в Администрации Президента РФ «с нуля» структуры, которые бы понимали, что и как это правительство делает.

Иначе у Президента России по совершенно объективным причинам нет шансов разобраться в том, что и как происходит в правительственных структурах.


Михаил ХАЗИН, специально для «Московской областной газеты»
Опубликовано в «Московской областной газете», № 7 от 01.06. 2016 г.

Материал по теме:
Деньги есть, и мы там держимся!

Просмотров страницы: 685