Специфика современной России состоит в том, что чиновники и связанные с ними коммерческие структуры практически освобождены от ответственности перед обществом. Нет, вообще от ответственности они не освобождены, но это – ответственность перед собственными властными группировками (более подробно про них можно прочитать в моей только что вышедшей книге «Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите», написанной совместно с Сергеем Щегловым). А с точки зрения общества такая форма ответственности является просто-напросто одним из видов коррупции.

Хазин

Но с точки зрения самих чиновников такая ситуация создаёт замечательные возможности для совершенно безнаказанного (то есть формально не попадающего под определение коррупции) обогащения за счёт тех самых граждан, перед которыми они ответственности не несут. Для этого используется традиционный для англо-саксонской экономической культуры институт – создание институтов долгосрочных сбережений. Классический пример – негосударственные пенсионные фонды.

Отметим, что главное вредительство чиновников тут даже не столько в том, что такие институты создаются (сами по себе долгосрочные сбережения – дело для экономики хорошее), сколько в том, что система контроля над ними копирует ту самую англо-саксонскую (американскую) практику. А она насчитывает несколько сот лет серьёзного опыта и дрессировки как управляющих, так и вкладчиков, включает в себя подробнейшее разбирательство очень крупных мошенничеств и связанных с ними скандалов, создание и поддержание соответствующей экономической и общественной среды. У нас же всего этого нет.

Отчисления россиян на капитальный ремонт – это классический вариант собирания денег, при котором они исчезают в «чёрной дыре». И не с кого спросить в рамках нынешнего законодательства и судебно-следственной практики

Психология российского бизнесмена, которому уже за 40, проста: если ему дают деньги на 30 лет, то это значит – навсегда, уж он-то точно ни за что отвечать не будет. Понятие «репутация» в современной России (уж в сфере бизнеса – совершенно точно) имеет откровенно иронический оттенок, от контролирующих органов можно на первом этапе откупиться (за счёт части денег вкладчиков, разумеется), а потом – сбежать.

Наработанного и широко известного опыта наказания за финансовые мошенничества у нас нет, а те случаи, когда такие наказания всё-таки происходят, обычно рассматриваются как месть со стороны партнёров за «крысятничество» (за то, что не с теми и не в том масштабе поделился украденными деньгами). И не то чтобы это было таким уж откровением – почитайте американские книги начала ХХ века, в которых много раз описывались подобные ситуации. Но вот вопрос: зачем, с точки зрения здравого смысла, учиться на своих ошибках, когда можно учиться на чужих?

Отчисления россиян на капитальный ремонт – это классический вариант собирания денег (причём даже недобровольно!) с граждан, при котором они исчезают в «чёрной дыре». И не с кого спросить в рамках нынешнего законодательства и судебно-следственной практики. Причём этот сбор нельзя считать даже налогом (к каковому, например, можно отнести пенсионные выплаты), поскольку деньги за капремонт получают не пенсионеры и не бюджет, а некоторые сомнительные персоны, тесно аффилированные с теми самыми чиновниками, которые пробивали соответствующий закон.

книга

Есть и ещё одна тонкость. Дело в том, что при приватизации жилья, рассуждая теоретически, граждане должны были получить или совсем новое жильё, или компенсационные выплаты за предстоящий капитальный ремонт. В противном случае стоимость приватизируемого жилья (и, соответственно, налоговая нагрузка на него) должна была быть снижена на цену этого самого непроизведённого ремонта.

Ситуация, при которой люди должны сами свои деньги отдавать кому-то в расчёте на то, что эти кто-то через 15-20, а то и 25 лет отдадут что-то обратно, это наивно и смешно. Если мы сегодня платим за этот самый капитальный ремонт непонятно кому, этот кто-то сначала покупает себе «Rolls-Royce», а потом, через 20 лет, его уже нет. И на все вопросы он говорит: «Ну, вы знаете, так получилось, ну, нет денег». Даже в СССР, где людей воспитывали так, чтобы они понимали, что есть их деньги, а есть чужие, всё равно были мошенники. А у нас за последние 25 лет аморальное поведение возвели чуть ли не в норму: тот, кто украл больше денег, тот и молодец.

Посмотрите, что происходит с банками: у них, у большинства, отрицательный капитал. То же самое: создали систему частных банков, которые ни за что ответственности не несут. Много вы знаете уголовных дел, заведённых на владельцев банков, именно на владельцев? И это, обращаю внимание, банки, за которыми постоянно осуществляется контроль со стороны Центробанка. Банки ежедневную отчётность дают! А что делать с теми структурами, куда вы вкладываете пенсии или куда вы вкладываете деньги на капитальный ремонт? В общем, ситуация в этом смысле сложная.

На самом деле тонкостей ещё больше, но суть от этого не меняется – и проще всего она передаётся замечательной карикатурой, найденной мною в Интернете, на которой Буратино закапывает золотые в землю, а лиса Алиса и кот Базилио ему говорят: «А теперь скажи «Крекс! Фекс! Пекс!», и у тебя в доме через 30 лет сделают капитальный ремонт!».

Я считаю, что нужно менять модель, нужно привлекать чиновников к ответственности, надо убирать антироссийские, русофобские законы, которые были приняты по кальке англо-саксонского законодательства. Их надо ликвидировать как вид, потому что они у нас не работают. Ничего, кроме вреда, они не приносят.

Собственно, на этом можно было бы и закончить, но одну вещь я всё-таки скажу! Дорогие товарищи, смотрите внимательно, за кого вы будете голосовать в сентябре, и не голосуйте за тех, кто принимает законы, стоящие вам таких денег!

Михаил ХАЗИН, специально для «Московской областной газеты»
Опубликовано в «Московской областной газете», № 6 от 18.05. 2016 г.
Просмотров страницы: 164