Сильные доводы слабого пола

Слабый пол - это гнилые доски Слабый пол - это гнилые доски

В канун 9 мая (номер нашей газеты выходит как раз перед очередной датой празднования Победы советского народа в Великой Отечественной войне) специальный обозреватель «Московской областной газеты» Захар Прилепин также обратился к военной теме, но на примере украинских событий. И пришёл, прямо скажем, к несколько неожиданному выводу…

В обсуждении русско-украинской проблемы мы коснулись, наверное, уже всего, кроме одной только темы. По крайней мере, мне она не попадалась. В книге замечательного историка Сергея Белякова есть пассаж в два абзаца, посвящённый традиционному положению женщины на Украине, на той, исторической, давней, ещё когда Богдана Хмельницкого многие помнили в лицо, а Гоголь ещё не родился.

«Как правило, в Малороссии жён не били и даже нередко подчинялись им в домашних делах. Крестьянин или козак был господином только в поле, в походе, на войне», – утверждает Беляков и тут же ссылается на дневник Александры Смирновой-Россет, которая писала: «В Малороссии жена – хозяин и хозяйка дома». На Украине, если вы не знали, многие годы существовал обычай, когда девушка… сама сваталась к парню! И отказывать ей было весьма опасно.

Впервые я подумал (весьма, впрочем, отвлечённо) на все эти темы, когда завёл себе личную страничку в известной социальной Сети: случилось данное событие как раз в разгар Майдана. На дела майданные я реагировал добродушно, но не всегда лицеприятно для украинской стороны, поэтому вскоре в моём журнале обосновались в более чем заметном количестве гости из Украины. Или, вернее, гостьи. Настроены они были – ух, как. Только перья летели из меня, и, что характерно, я ежедневно убеждался в том, что среднестатистическая русская женщина не способна противостоять своей украинской оппонентке. Едва ли можно вести речь об интеллектуальном превосходстве украинской стороны – увы, нет. Тут другое:российским женщинам элементарно не хватало запала, задора и какой-то остервенелой самоуверенности.

Ещё раз я вспомнил об этом в тот день, когда отправился в очередной раз в сторону Донбасса. И уже в Донецке, который, скажу прямо, бомбили тогда в ежедневном режиме, прочитал напутствие российского режиссёра украинского происхождения Кавуна («Охота на пиранью», «Кандагар» и т. д.). Тот был краток, написав в своём журнале всего несколько слов: «Надеюсь, Прилепину отстрелят там башку». Я хмыкнул и ушёл с его страницы, чтоб не огорчаться слишком сильно (мне нравились некоторые фильмы этого режиссёра, который на тот момент, замечу попутно, снимал очередной фильм, работая… на Первом российском канале). Но спустя мгновение я не выдержал характер и на минуту вернулся в журнал Кавуна: я решил посмотреть, кто его лайкнул. Запись была свежая, в течение всего нескольких минут ещё тридцать человек пожелали мне смерти, и я потратил две минуты на то, чтоб понять, кто эти люди. Открытие было несколько даже обескураживающим. Все тридцать были женщинами.

Я потратил ещё десять минут и выяснил, что все они живут в крупных городах (Киев, Львов, Одесса), и порядка 25 из них имеют высшее образование. Две или три из этого списка были достаточно известными журналистками и блогершами. Тогда я задал вопрос своим читателям: знаете ли вы хоть одну российскую журналистку (певицу, популярную блогершу), которая публично готова пожелать смерти её политическому оппоненту с той, украинской стороны. Конечно же, их никто не знал, потому что таковых не было. Никому из наших, даже самых, как это на Украине называют, «ватных» симпатизанток «русской весны» такая вещь в голову прийти не могла бы.

Потратив энное количество времени на обзоры украинской Сети, я понял, что мои наблюдения не статистическая погрешность. Женщины там действительно настроены более чем радикально: помните, как в Сеть ушёл перехват телефонного разговора Юлии Тимошенко, где она говорила, что готова сама из автомата расстреливать сепаратистов и прочих понаехавших кацапов. Можете себе представить подобные слова в устах, к примеру, Матвиенко? Едва ли. При том, что Матвиенко, возможно, куда большая украинка, чем Тимошенко. Но они сформировались в совершенно разной среде.

Вы скажете: ну да, там среда более «свободная», более «европейская», более «раскрепощённая». Ну, наверное. Я тоже помню, что Майдан начинался с девушек, стоявших с плакатиками «Я хочу кружевные трусики и в Евросоюз». Я помню эту, появившуюся в разгар Майдана песню «Никогда мы не станем братьями», тоже написанную девушкой. Я помню, как феминистки (которые на Украине традиционно занимают более серьёзные позиции, чем их коллеги в России) «хором» справляли малую нужду на портрет российского президента. Теперь уже я знаю по именам и по тысячам записей дюжину-другую украинских писательниц и блогерш, которые осуществляют массированную огневую поддержку АТО в своих многочисленных публикациях. И я не знаю, кто им может быть противопоставлен здесь.

У нас нет певицы, которая могла бы спеть «Никогда мы не станем братьями» и которой вся страна при этом аплодировала бы. У нас нет желающих «хором» поливать Порошенко, и если вы скажете, что там война, а здесь нет, – я скажу, что таковых желающих не было и в тот момент, когда шла война, к примеру, в Чечне. Это вообще не в характере русской женщины – она другая.

Едва ли она меньше раскрепощена или совсем подчинена мужу. Нет, конечно. Просто если в былые времена малороссийская женщина была хозяином в доме и оставляла право козаку решать свои военные дела на войне, то теперь она готова все функции забрать на себя. Эффект Савченко – из этой же истории. Россия может удивиться, а может быть, и втайне восхититься женщиной, попавшей на тот же Донбасс. Но сделать из неё национальную героиню?.. Вряд ли. Женщина на войне – последний довод, который стоит применять.

Беляков в своей книжке ссылается на свидетельство уже XIX века, где Алексей Левшин пишет о малороссиянках, «которых горделивая походка, вольность и решительная твёрдость во всех поступках показывают мужество, женщинам необыкновенное». Далее Беляков рассказывает и вовсе уморительный случай: Петро Иваненко, провозгласивший себя в своё время гетманом, бежал в Запорожскую Сечь «от бысстыдной ярости жены своей». «Соперник Мазепы и убеждённый враг «москалей», бросивший вызов всему Русскому царству, считал беспокойную жизнь на Сечи, походы в Крым, войны и набеги занятиями менее опасными, чем жизнь с женой», – пишет Беляков, едва сдерживая улыбку.

Ну, вы поняли, к чему я веду. Уже привёл.

Захар ПРИЛЕПИН, специально для «Московской областной газеты»

Опубликовано в «Московской областной газете», № 5 от 05.05. 2016 г.

Захар Прилепин

Об авторе

Захар Прилепин (настоящее имя Евгений Николаевич Прилепин).
Родился 7 июля 1975 года в селе Ильинка Скопинского района Рязанской области в семье учителя и медицинской сестры. Окончил филологический факультет Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. Затем работал разнорабочим, охранником, служил командиром отделения в ОМОНе, принимал участие в боевых действиях в Чечне в 1996, 1999 годах. После возвращения из Чечни был активным участником «Национал-большевистской партии».
С 1999 года работал в журналистике, в нижегородской газете «Дело». Первые литературные произведения были опубликованы в 2003 году в газете «День литературы». Впоследствии произведения Захара Прилепина публиковались в многочисленных печатных и сетевых изданиях, таких как «Литературная газета», «Лимонка», «Север», «Дружба народов», «Роман-газета», «Новый мир», «Сноб», «Аврора», «Русский пионер» и ряда других.
Первый роман («Патологии») вышел отдельным изданием в 2004 году. Далее последовали «Санькя» (2006), «Грех» (2007), «Чёрная обезьяна» (2011), «Обитель» (2014). В эти же годы были изданы 7 авторских сборников рассказов, повестей и эссе (последний, «Семь жизней», увидел свет в 2016 году).
Вскоре после выхода в свет первого романа Захар Прилепин стал обладателем ряда престижных национальных литературных премий, среди которых необходимо отметить вручение писателю в 2011 году премии «Супер Нацбест», а чуть ранее, в 2008 году (за роман в рассказах «Грех») также премии «Национальный бестселлер», вручаемой ежегодно за лучший роман на русском языке, написанный в течение календарного года.
Захар Прилепин также выступил в жанре писателя-биографа. В 2010 году в издательстве «Молодая гвардия» (серия «Жизнь замечательных людей») вышла его биография Леонида Леонова – одного из самых оригинальных и недооценённых писателей советской эпохи. Книга удостоилась восторженных оценок рецензентов и литературных критиков, многие из которых отмечали, что формально скучный жанр (биография ушедшего из жизни человека) у Захара Прилепина читается как захватывающий детектив.
В 2015 году в том же издательстве и в той же серии у Захара Прилепина вышел биографический сборник «Непохожие поэты», посвящённый творчеству советских поэтов Анатолия Мариенгофа, Бориса Корнилова и Владимира Луговского.
Сегодня Захар Прилепин также продолжает активно сотрудничать со средствами массовой информации(с июля 2013 года вместе с Сергеем Шаргуновым возглавил редакцию интернет-ресурса «Свободная пресса») , увлекается музыкой, начал сниматься в кино (в 2012 году – небольшая роль в сериале «Инспектор Купер», в 2013 году появился на экране в эпизодической роли в экранизации своей повести «Восьмёрка» режиссёра Алексея Учителя), ведёт несколько телепередач на российских телеканалах. Также не чуждается общественной деятельности. Женат, воспитывает четверых детей.

Наверх